Четверг, 19.10.2017, 10:25

Академия барона Брамбеуса

Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Темы
социализм Японский след 1937 репрессии Урал-Идель Алхимия Англия Una Furtiva Lagrima Карузо МакКормак музыка WALTZING MATILDA Монтаж аттракционов Отстойник Турция Фатих Акин Суфизм LiveJournal Dada анимация Германия литература Познер Чулпан Хаматова израиль Германский след Моабитская тетрадь Муса Джалиль еврейский вопрос АТАТЮРК Ахмадинежад фотографии Булгария катастрофа башкиры екатеринбург голод Время цыган Песни протеста Рождены быть свободными Объединённые Арабские Эмираты Права женщин Саудовская Аравия Греция кавказ Сочи черкесы euronews learning world Тегеран Бахман Гобади Курдистан Хосейн Ализаде Ислам Арабские революции аятолла Хаменеи исламское пробуджение Казань Радио Свобода Ахмади татарстан не знаю что сказать диаспора татарский язык BBC Бухараев Равиль Пакистан праздники россия Сирия внешняя политика Арабская весна Иран Межконфессиональные отношения история Ислам на Урале армения Константинополь стамбул Кинематограф Индонезия Опера театр Палестина тунис Ливан поэзия колониальные войны конституция дагестан хиджаб Мавритания Магриб США Ирак великобритания Рок-патриархи Образование Женщина в исламе
Видео на youtube
music_action
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 10
Календарь
«  Октябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

Горшков и Шарафутдинов.

Горшков и Шарафутдинов.

А вот, что показывал на допросе от 19 января 1940 года Петр Ильич Горшков, бывшай сотрудник НКВД:

«…В начале работы в тюрьме следствие проводилось нормальным образом, т.е. упорно сидели над каждым арестованным и добивались признания, т.е. упорно сидели над каждым арестованным и добивались признания. В этот период стали поступать в большом количестве арестованные по иноразведке – китайцы, финны, корейцы, харбинцы. Тюрьма была переполнена арестованными. С этого времени начинаются массовые признания арестованных. Особенно рост признаний произошел после оперативного совещания в кабинете Боярского (число и месяц не помню), который заявил : что Управление НКВД следствие плохо развернуло» и на вопрос как быть с такими арестованными, которые работают в лесу? Боярский ответил буквально так: «Что мало леса сгорело? Пишите, что лес жег, трактора выводил из строя». Этим самым руководство в лице Боярского дало прямую установку писать в протокол все, что придет в голову следователю. Я помню случай, который был лично со мной. Я несколько дней работал с арестованным Блюм (инженер-строитель), который дал показания о своем вредительстве на строительстве, а был арестован, как шпион. Признаний о шпионской деятельности я не добился и арестованного взял себе Кричман и были получены показания на нескольких листах о его шпионской деятельности. Кроме того, Кричман взял у меня второго арестованного, который у меня также не признавался, по фамилии Берланд, и через четыре дня Кричман получил протокол допроса на 30 страницах, где указывалось, что Берланд является крупным руководителем шпионско-террористической организации. В этом же протоколе было указано, что изучением военного дела и снабжением оружием занимался начальник ГО НКВД Лосос. Этот протокол допроса был показан мне. Я был в ужасе от прочтения протокола и сделал себе вывод, что я не умею работать. Протокол я тогда принял за чистую монету. После того, как Берланд подписал этот протокол допроса, был послан в камеру №27 к арестованным, числящимся за бригадой Морозова, где проводил работу среди арестованных, чтоб прийдя на следствие давали показания.

На оперсовещаниях у Кричмана стала резко «улучшаться» работа бригады Дермана и Дерман ставился как в пример. Меня этот вопрос заинтересовал, почему количество признавшихся в бригаде Дермана растет, вскоре я установил, один из следователей Дермана – старший оперработник Шарафутдинов попросил, чтоб я его пустил в свою комнату на несколько минут для подписания арестованными своих показаний, что мною было разрешено. В комнату была вызвана малограмотная женщина – арестованная по статье 58 пункт 6 УК, в протоколе допроса было записано, что эта арестованная является участницей контрреволюционной шпионско-диверсионной организации, руководители и участники контрреволюционной организации человек 11, а Шарафутдинов зачитал ей совсем другое, а именно то, что она виновной себя не признает ни в чем, а когда она стала подписывать протокол, заметила ряд фамилий в тексте и попросила объяснить, что тут написано, последний ей заявил, что это записаны ваши земляки-колхозники, после подписи протокола допроса арестованной я немедленно доложил обо всем виденном и слышанном Морозову, который сразу же вызвал Шарафутдинова, последний Морозову признался в том, что таким образом он допросил несколько человек. Как мне говорил Морозов, он обнаружио таких дел у Шарафутдинова 25, со слов Морозова мне было известно, что он докладывал об этом командованию, в частности Кричману И Боярскому. После этого Дерман и Шарафутдинов были переведены из тюрьмы на следственную работу непосредственно в Управление НКВД»…[1]


[1] ГААОСО, ф.1, оп.2, д.23955, л.67.