Четверг, 18.07.2019, 09:54

Академия барона Брамбеуса

Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Темы
социализм Японский след 1937 репрессии Урал-Идель Алхимия Англия Una Furtiva Lagrima Карузо МакКормак музыка WALTZING MATILDA Монтаж аттракционов Отстойник Турция Фатих Акин Суфизм LiveJournal Dada анимация Германия литература Познер Чулпан Хаматова израиль Германский след Моабитская тетрадь Муса Джалиль еврейский вопрос АТАТЮРК Ахмадинежад фотографии Булгария катастрофа башкиры екатеринбург голод Время цыган Песни протеста Рождены быть свободными Объединённые Арабские Эмираты Права женщин Саудовская Аравия Греция кавказ Сочи черкесы euronews learning world Тегеран Бахман Гобади Курдистан Хосейн Ализаде Ислам Арабские революции аятолла Хаменеи исламское пробуджение Казань Радио Свобода Ахмади татарстан не знаю что сказать диаспора татарский язык BBC Бухараев Равиль Пакистан праздники россия Сирия внешняя политика Арабская весна Иран Межконфессиональные отношения история Ислам на Урале армения Константинополь стамбул Кинематограф Индонезия Опера театр Палестина тунис Ливан поэзия колониальные войны конституция дагестан хиджаб Мавритания Магриб США Ирак великобритания Рок-патриархи Образование Женщина в исламе
Видео на youtube
music_action
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 10
Календарь
«  Июль 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

О "философии истории"

Несколько слов о "философии истории"

По мере продвижения вперед – к этому предисловию я возвращаюсь постоянно, и до сих пор оно меня не удовлетворяет – я все больше понимаю, что хотел бы рассматривать не вопросы истории, тем более исключительно татар и башкир, тем более татар и башкир Урала, - нет, я все больше желал вернуться к тому, с чего начинал – к философии, и оглядываясь на свой путь, вижу, что собственно, не ушел далеко. И работа моя, независимо от моего желания, приобретает историко-философской характер. Одним словом, надеюсь, что я занимался философией истории.

Параллельно работе над книгой, я в отрывочных заметках пытался осмыслить впечатления от работ тех или иных философов. Я так и назвал свою работу – «Работа над конспектами». А в данном случае хочу упомянуть об одной фигуре из истории русской философии, работы которой в свое время произвели на меня сильное впечатление, и приведу несколько цитат из одной из них.

«Судьба человека»: это есть конкретная задача философии истории».

«Для того, чтобы проникнуть в эту тайну «исторического», я должен прежде всего постигнуть это историческое и историю как до глубины мое, как до глубины мою историю, как до глубины мою судьбу. Я должен поставить себя в историческую судьбу и историческую судьбу в свою собственную глубину.

В судьбе человечества я должен осознать мою родную судьбу и в моей судьбе я должен опознать историческую судьбу».[1]

Иными словами, человек – свернутая мировая история, ее плод, познание – разворачивание истории в человеке, потому он – и результат исторического развития и творец истории. «…идти в глубь времен значит идти в глубь самого себя. Только в глубине самого себя человек может найти настоящим образом глубину времен, потому что глубина времен не есть нечто внешнее, чуждое человеку, извне ему данное… есть глубочайшие сокровенные пласты внутри самого человека, пласты лишь оттесненные узостью сознания на второй или на третий план».[2]

Ну, а далее наши пути расходятся. Для Бердяева «историческое» разворачивается только внутри христианства. Он и греков выставляет за рамки истории, поясняя это тем, что грек «не творил», ему было «чуждо сознание свободы, творящего субъекта истории». А христианство есть «откровение Бога в истории», «тайна рождения человека в Боге», и ссылается на Шеллинга. Использовать философию Шеллинга, которым я зачитывался в свое время, как интсрумент или метод, чтобы обосновать свои предположения, конечно, некорректно. И действительно, Шеллинг его уже не удовлетворяет, он использует и философию Фейербаха, хотя делает это неосознанно. И вскоре, увязает в собственных противоречиях, его размышления превращаются то ли в декларацию, то ли в декламацию.

Мучительно размышляя над судьбой России, Бердяев временами обрушивается на православие, находя в нем корни зла, находя в нем даже истоки русского коммунизма. Мы также обязательно коснемся своеобразия русского символизма, который завершает развитие классического периода русской мысли и русского искусства.

Вернемся к этому позже.

Сейчас нас интересует другое. «Те народы Востока, которые не принимают христианства, не входят в поток всемирной истории».[3] Не получив систематического образования, фактически не зная культуры Востока, не находя никакой другой почвы, кроме «глубины личного сознания», Бердяев мечется от одной крайности к другой, потому у историков философии вызывает некоторое недоумение. Фигура безусловно масштабная, но «темная», как хорошо кто-то заметил. Придерживаясь его логики, мы придем к выводу, что собственно и души-то у восточного человека, не принимающего христианство, быть не может, а если и может, то нет в душе той глубины, той «тоски», которая становится основой любого познания, он неисторичен, а потому ему чуждо и сознание свободы. А его многовековое стремление к свободе – лишь недоразумение, лишь животное сопротивление насилию и унижению, сопротивление, за которым ничего конструктивного быть не может. Не будучи апологетом ислама, будучи лишь татарином по национальности и потомком духовных лиц, я не смогу вынести за рамки истории своих предков. Начну вообще с тавтологии: неисторичность ислама – и есть его историчность. Это «реакция» на христианство самой Истории, повлекшая за собой до сих пор загадочный, но потрясающе яркий расцвет культуры. Ислам многолик, как и народы, его исповедующие. К сожалению, вынужден признать, что мне не хватает знаний и опыта, чтобы рассуждать о культурном потенциале, заложенном в исламе, но его политическое значение на территории России и Советского Союза постараюсь держать в поле зрения по мере продвижения от гипотез к их опровержению.


[1] Бердяев Н. Смысл истории. М.,1990. – с.13, 15.

[2] То же, с.19.

[3] То же, с.96.